Статьи и Публикации
Конец путиномики
Свершилось… То, чего люди с трезвым рассудком ждали уже несколько лет. Сырьевой пузырь прорвался – впрочем, кредитный голод парализовал реальный сектор производства ещё до падения цен на сырьё, и рассчитывать на то, что безумная раздача кредитов в ближайшие годы возобновится, можно только по невежеству. Неизвестно, что будет дальше с нефтью и привязанным к ней газом – сумеет ли организация стран-экспортёров нефти сдержать цены, или нет. Скорее всего – нет, потому что по-настоящему выбраться из такого серьёзного кризиса без обрушения сырьевых цен – хотя бы до инфляционно-скорректированного уровня десятилетней давности – мировая экономика не сможет(1). Но что бы ни случилось, другого такого пузыря цен на энергоносители и прочие ресурсы, который вздулся перед кризисом, и из которого можно было тушить – как из растущего в размерах брандспойта – всё новые и более крупные последствия маразматической экономики и маразматической политической системы, в ближайшие восемь-десять лет ожидать может только свихнувшийся. И если раньше на всё обострявшиеся экономические и политические нарывы можно было лить ещё быстрее возраставшую (вдвойне с каждым годом) долларовую мазь – то теперь, видимо, без дубинки, боль ударов которой отвлечёт от нарывов, не обойдётся.
Пузырь недвижимости уже наполовину сдулся – до уровня 2006 года – и сдулся бы ещё, не прекрати строительные монополии, пригревшиеся при дворе местных полумафиозных князьков – непонятно по каким заслугам правящих, разве что по факту «обеспечения» нужного процента во время президентских и думских выборов – совсем строить. Плевать они хотели на выкинутых с заводов стройматериалов рабочих и окончательно похоронившее надежды на приобретение жилья население – лишь бы не нести убытки – а почему бы и не понести оные, покрыв их из тех мульти-миллиардных преступных сверхприбылей, которыми была окутана строительная отрасль все эти годы «бума»? Впрочем, назвать его «бумом» язык не поворачивается – объёмы строительства даже по метражу далеко не приблизились к уровню 1990 года. А если считать не по метражу, а по количеству переезжающих семей – учитывая, что «буйствовал» в основном рынок коттеджей и квартир отнюдь не «эконом-класса» – то получится ещё в три раза меньше. О каком ещё подъёме рождаемости в таких условиях можно разглагольствовать?
Огромные средства из резервного фонда уже ушли на помощь придворным банкам – в жадном угаре не учетших в своих калькуляциях, что лопающиеся пузыри могут сдуваться так быстро и беспощадно. «Вот видите – вопит «главный либерал» Чубайс – а нам советовали в инфраструктуру вкладывать деньги. Послушай мы этих советов – дорогами теперь, что ли, стали бы мы спасать банки?» А почему бы и не дорогами? Даже любой обыватель понимает, что развитие инфраструктуры оживляет производственную активность, повышает рентабельность предприятий, влияет и на рабочую силу, увеличивая доходы государства прямо-таки по всем фронтам. Платные государственные дороги – это прямой источник пополнения бюджета. Но и бесплатные дороги, способствуя развитию производства, косвенно всё равно увеличивают казну. Посмотрите, какие у нас убогие железные дороги, какая убогая почта – на уровне шестидесятых годов XX века – даже в каком-то Китае, где доходы (по крайней мере, до кризиса были) в три раза ниже, тем не менее, в три раза быстрее доставляются грузы, движется корреспонденция, едут пассажиры. О каком оживлении производства может идти речь, если самая быстрая почта идёт от трёх до пяти дней; время же поездки из Москвы на Дальний Восток не менялось со времён чёрно-белых фильмов – разве что трясти стало больше, ввиду изношенности полотна? А как мучается в допотопном транспорте «человеческий капитал» – пассажиры? Да и много ли их нынче – едущих в дальние рейсы? А ведь это – самая большая в мире страна. В пробках стоят автомобили и автобусы; люди не могут перейти дорогу – движение возросло на порядки, а подземных переходов нет. Спасая же из резервов банковских мошенников, растративших народные средства в авантюрных игрищах, мы не получим ни производства, ни резервов, ни – в конце концов – и банков.
Либеральные жрецы, конечно же, оправдаются тем, что, удерживая на плаву придворные банки, они якобы спасают «простых вкладчиков» (пенсионеров и т.д.). Но объясните нам, почему спасать «граждан» надо деньгами именно этих же граждан – собранными с них, безо всякого на то спроса, (ну, не считая, разве что формальные и перманентно фальсифицируемые при помощи «административного ресурса» выборы) в казённую кубышку, средствами. Почему не спасать имуществом проигравшихся растратчиков и их олигархических должников, исправительными работами для них и их сообщников (в том числе укрывающих доходы членов семей, а также «волосатых лап» в администрациях) – да даже, на худой конец, если прошлые прибыли были пущены по ветру, ужесточением налогов на тех коттеджных жителей, кто «честно подзаработал» на кутеже негодяев?
Но керенские заправилы, конечно же, не будут этого делать – как не делают этого и их заокеанские бжезинские хозяева. Американские дельцы признаются в собственных СМИ, что в качестве самого чудовищного последствия происходящего кризиса вырисовывается его «социальная цена». Из-за естественного процесса «сокращения издержек» – таким спокойным термином фирмачи называют предложение нескольким десяткам миллионов граждан посидеть неопределённое время на голодном пайке – в процентном отношении уровень безработицы в тех же Штатах, по всем расчётам, уже к концу лета достигнет двузначного числа. Что поделать – так работает экономика, самый совершенный в мире «рыночный механизм» – таким способом он выходит из штопора. А иной цены, чем социальной – впервые за столько лет – у кризиса и не может быть в глобальном зоопарке, растоптавшем социально-ориентированные ценности. Те же воротилы из Дженерал Моторс вполне спокойно обсуждают с федеральными чиновниками «различные опции» – идти ли через процедуру банкротства, или нет, «чтобы компания осталась с нами». Вот так, за спиной у производительных работников, «обсуждаются опции»: ведь банкротство – единственный способ обойти надоедливые «формальности» во взаимоотношениях с профсоюзами, которые никак уж не хотят мириться с таким «сокращением издержек», как банальное вышвыривание половины завода на улицу – при других, ведь, условиях государство (щедрое только для банкиров) помощи не окажет. А параллельно с этим, в американских колледжах – наверное, как обычно – идут лекции о Бьём-Баверке и прочих «критиках» Маркса, которые «разбили» марксистов, «открыв» понятие «риск» – что предприниматель, конечно же, наживается на наёмном труде, и т.д., но «он же рискует» – давая возможность тебе, убогому, получать «стабильный заработок» и не забивать голову тем, куда идёт экономика, «не боясь оказаться у разбитого корыта». Эта критика хороша только для тех, кто в глаза не видел сами труды Маркса – а в них неоднократно указывается на то, кто больше всех несёт на себе реальный (а не теоретический) «риск». Догадайтесь, кто это.
И, наконец, последнее. Каким образом всё происходящее отразится на левом движении? Те, кто был левых взглядов, с ними и останутся. И – хотя ждать «полевения» от общества лишь благодаря кризису может только малоумный – всё же, они станут теперь менее маргинализованными. Если раньше окружающая обывательщина – одурманенная всё возрастающей валютной выручкой под сказку о том, что «девяностые годы ушли в прошлое», – насмехалась над ними в открытую, и вообще не воспринимала их всерьёз, за людей – что, согласитесь, не весьма благоприятно сказывается и на материальном уровне, на бытовом, и т.д. – то теперь этого больше не будет. Можно чувствовать себя гораздо увереннее, и с большим энтузиазмом делать своё дело – с полным серьёзом рассчитывая на то, что если не этот, то уж следующий кризис станет для капитализма в России точно последним.
Г.М. Стихидов
--------------------------------------------------
1. Обратная коррекция цен на энергоносители ещё больше ударит по не имеющим их и терпящим бедствие из-за падения экспортной выручки Японии, Корее, Восточной Европе, и т.д. Из-за этого падение спроса на нефть продолжится, так что контролировавший даже в периоды повышенного спроса не более 40% мировой добычи нефтяной картель столкнётся с таким серьёзным сжатием рынка, что мотивация его членов торговать нефтью из-под полы организации станет неимоверно большой.